Первая ракета КБ “Южное”

Михаил Кузьмич Янгель, ответственный работник авиапромышленности, в 1951 году назначается заместителем С.П.Королева в КБ НИИ–88. В 1952 году он становится директором НИИ–88, а в 1953 переводится на должность Главного инженера этого же института.

Изучив ракетную технику, разрабатывающуюся в институте: ракеты Р–1, Р–2 и Р–5 (С.П.Королева), работавших на жидком кислороде, зенитную ракету Р–101 (Е.В.Синельщиков – ракета, А.М.Исаев – двигатель), летные испытания которой состоялись в 1949–50 годах на ГЦП, а также ракету Р–11 (М.П.Мишин – ракета, А.М.Исаев – двигатель), летные испытания которой прошли в 1953–55 годах на ГЦП, работавших на высококипящих компонентах топлива, М.К.Янгель приходит к выводу о большей приемлемости высококипящих КРТ для ракет боевого назначения. Этот вывод основывался на сравнении степени боевой готовности ракет на низких и высококипящих КРТ и на анализе условий их боевого применения. Видимо это обстоятельство, а также необходимость иметь в стране второе, перспективное ракетное КБ боевых ракет и сыграло роль в назначении М.К.Янгеля в июле 1954 года Главным конструктором ОКБ–586 (с 1966 года ОКБ “Южное”), развернутого на базе СКБ Днепропетровского ракетного завода, созданного в 1951 году для серийного производства ракет Р-1 и Р-2 ОКБ Королева.

Главный конструктор СКБ В.С.Будник (бывший зам. С.П.Королева), приложил максимум сил и настойчивости для создания в сжатые сроки высокотехнической базы ракетного завода и его инфраструктуры, а также молодого, творческого коллектива. СКБ наряду с сопровождением серийного производства были разработаны предложения по улучшению технологии производства и конструкции ракеты Р–1. По воспоминаниям полковника С.И.Гринберга (в то время военпреда УЗКА при КБ завода), коллектив СКБ провел проектные проработки по обоснованию ракеты на высококипящих КРТ с последующей разработкой эскизного проекта.

Под руководством М.К.Янгеля и В.С.Будника этот эскизный проект был доработан. 13 августа 1955 г. вышло Постановление СМ СССР “О создании и изготовлении ракеты Р–12 (8К63) с выходом на ЛКИ в апреле 1957 г.”

После защиты эскизного проекта в октябре 1955 года коллектив ОКБ–586 приступил к разработке своей первой баллистической одноступенчатой ракеты средней дальности Р–12, отвечающей требованиям ТТТ МО, утвержденных Маршалом Советского Союза Г.К.Жуковым.

От своей ближайшей предшественницы Р–5 С.П.Королева она отличалась увеличенной дальностью полета (до 2000 км) и габаритно–весовыми характеристиками. Несущей конструкцией ее были баки окислителя и горючего, причем верхний бак (окислителя) был разделен промежуточным днищем для расхода окислителя сначала из нижней части бака, что создавало более благоприятные условия для стабилизации ракеты в полете.

Двигатель РД–214 был разработан в ОКБ–456 В.П.Глушко. Он представлял собой блок из четырех камер сгорания с одним турбонасосным агрегатом, работающим на парогазе, образованном в результате каталического разложения перекиси водорода, подаваемым насосом в генератор. В качестве КРТ применялась смесь окиси азота с азотной кислотой (АК–27И), углеводородное горючее ТМ–185 (керосин) и пусковое горючее ТГ–02. Выход двигателя на рабочий режим осуществлялся без предварительной ступени (“пушечный” запуск) с тягой на земле 65 Тс.

Система управления ракетой (разработчики НИИ–885 Н.А.Пилюгина и НИИ–10 В.И.Кузнецова) была полностью автономной. В ней были применены приборы нормальной и боковой стабилизации центра массы и система регулирования кажущейся скорости. Для повышения точности выдачи команды на выключение двигателя применялись пять электролитических интеграторов. Для повышения надежности СУ в полете ее коммутационные каналы дублировались.

Агрегаты наземного оборудования (разработчик ГСКБ В.П.Бармина) были выполнены в подвижном варианте с частичным использованием более ранних образцов.

Ввиду весьма сжатого времени от защиты эскизного проекта до выхода на летные испытания (всего около полтора года) коллективу ОКБ–568 и его смежникам пришлось в напряженном темпе разрабатывать технологию и изготовлять отдельные узлы и агрегаты ракеты, проводить заводские испытания, выпускать конструкторскую документацию.

В эту работу активно включились представители заказчика ракетного комплекса – Управление Начальника реактивного вооружения (УНРВ) и военные представительства УНРВ при КБ, НИИ и заводах – изготовителях РК с ракетой Р–12.

Испытатели полигона использовали этот период для изучения конструкторской документации, устройства ракеты и агрегатов наземного оборудования с выездом в КБ, НИИ и заводы. 

В начале 1957 года ракета Р–12 была доставлена на полигон.

Председателем Государственной комиссии по испытаниям РК с ракетой Р–12 был назначен начальник реактивного вооружения генерал-лейтенант итс А.И.Семенов.

Техническим руководителем испытаний был М.К.Янгель. От ОКБ–586 принимали участие в испытаниях заместители Янгеля – В.С.Будник и Л.А.Берлин, ведущие специалисты – Н.Ф.Герасюта, М.И.Галась и другие испытатели.

В испытаниях также принимали участие Главные конструкторы - смежники по разработке ракетного комплекса и их представители. От УНРВ были: генерал-майоры итс Н.Н.Юрышев и Н.Н.Кузнецов, полковники Ю.И.Воробьев, И.Л.Малахов, Г.А.Солнцев, О.Б.Харчевников, О.В.Грушин, от ВП при ОКБ–568 старшим был полковник Б.А.Комиссаров.

Испытания РК с ракетой Р–12 осуществлялись на 4–ом ГЦП личным составом 1–ого управления полигона на площадке №4”Н” (новая), в МИКе площадки №20 (техническая позиция) и на площадке №21 (стартовая позиция).

В испытаниях принимали участие: начальник 1–го управления – полковник А.С.Калашников, начальник комплексного отдела – полковник В.И.Меньшиков, его замы: по старту полковник А.А.Курушин, по технической позиции – подполковник Г.И.Иоффе, начальники отделов: подполковники М.М.Катеринич и П.П.Яцута, испытатели: капитаны А.Г.Гринь, Ю.А.Пресняков, А.М.Долгов, В.А.Шепталин, Д.Н.Горошников, В.А.Бородаев, Н.В.Иконников, А.А.Павлов и другие товарищи. Командиром испытательной части управления (ОИЧ) был полковник С.Я.Тюрменко, начальником стартовой команды – майор М.В.Терещенко, стартового отделения – капитан А.Н.Кубасов.

Общую организацию испытаний осуществляли: начальник полигона генерал-полковник артиллерии В.И.Вознюк, штаб полигона (начальник штаба полковник А.С.Буцкий) и его отделы – оперативный (подполковник Н.Б.Ильин), астрономо–геодезический (полковник Д.А.Грузд), связи (подполковник А.Д.Горбунов), метеорологический (полковник Н.А.Столыпин), боевых полей (подполковник В.И.Чепа), а также службы тыла, строительства и эксплуатации.

В 1956 году на полигоне была сформирована новая, четвертая, отдельная испытательная станция (ОИС), передислоцированная в том же году ближе к району падения ГЧ. Начальником ОИС был назначен подполковник М.М.Зможный.

Этот период вспоминают:

 А.А.Курушин (генерал–лейтенант в отставке, бывший начальник 5НИИП МО):

“С первой встречи М.К.Янгель произвел на меня очень хорошее впечатление. Сразу же он и его специалисты собрали испытателей, задействованных в расчете испытаний, объяснили нам особенности комплекса на которые следует обратить внимание при испытаниях.

Выслушали наше мнение, наши рекомендации, которые следовало бы учесть. Это был разговор на полном взаимопонимании, в общих интересах, в единых целях.

Испытания ракеты Р–12 шли нелегко. Сказывалось много новых конструктивных решений, требующих сложной проверки и тщательной отработки. Конечно, мы были во многом готовы к этим испытаниям. За год до этого испытатели начали изучать новую технику и документацию в КБ и на заводах. Работали вместе с конструкторами, цеховыми испытателями и специалистами стендов. Они оказывали нам большую помощь в изучении новых систем, устройств и узлов ракеты, испытательного оборудования, инструкций и методик испытаний.

М.К.Янгель был очень внимателен к соображениям, предложениям и рекомендациям участников испытаний и доверял им. Мы очень уважали его за это.” 

 (“Байконур – чудо XX века”, стр. 45) 

 

А.С.Калашников (генерал-лейтенант в отставке):

“Подготовка первой ракеты Р–12 к пуску шла круглосуточно, с большим напряжением, однако обстановка была деловая и каждый вопрос прорабатывался досконально. Испытатели полигона и коллектив конструкторов ОКБ–586 Янгеля и его смежников работали дружно , с полной отдачей. Тон в работе задавал М.К.Янгель, всегда спокойный, располагающий к себе и терпеливо выслушивающий каждого исполнителя. Все решения мы принимали с ним совместно.

Мне запомнился первый пуск ракеты. Много было различных предположений о различных последствиях “пушечного” запуска ракеты, поведения стенок топливных баков во время старта”.

 (“Ветераны–ракетчики вспоминают”, стр. 104) 

Автор этих строк также хорошо запомнил первый пуск ракеты Р–12, который пришлось ждать в районе падения ГЧ около двух месяцев.

По указанию начальника полигона я, как отвечающий за работу ОИС полигона, должен был организовать экспедиционное обеспечение приема первых ГЧ ракеты Р–12 в квадрате падения (1700 км от старта). Сформированная ОИС еще не участвовала в этих работах. В конце апреля 1957 года мы заняли “боевой порядок” в безлюдном районе полупустыни Бек–Пак–Дала, развернули необходимую технику, доложили о готовности к работе, но работы на старте затягивались и обстановка осложнилась, так как время проведения испытаний было ограничено по причине прогона 3–х млн. голов скота по 7–ми оборудованным трассам, пересекающим с юга на север проекцию траектории полета ГЧ.

Оценив динамику движения этой массы скота, я предложил проводить пуски в темное время суток, когда отары останавливались на отдых. Сначала это вызвало недовольство местных органов власти, но потом конфликт был улажен.

Наконец получаем сообщение о готовности к пуску. С нетерпением ждем появления светящейся точки на темном небосклоне.

Вот появляется сигнал на телеметрической станции, затем и светящаяся точка, но она проносится высоко, мимо нас – перелет 50 км. После доклада в штаб полигона о засечке и отклонении ГЧ следует запрос: “как с людьми поста фототеодолитной станции (ФТС) ?” Несмотря на мои возражения, мне указали место размещения поста строго в плоскости стрельбы в 30 км восточнее  точки прицеливания, а так как корпус ракеты отставал при падении от ГЧ на 20 км, то при этом перелете ГЧ расположение поста накрывалось остатками ракеты. Докладываю – “все в порядке, ФТС разместил перпендикулярно проекции трассы полета ГЧ, вернуть в указанную ранее точку?”. Ответ – “оставьте на прежнем месте”.

Утром нашли место падения ГЧ, провели топогеодезическую привязку, осмотр и описание места падения, нашли остатки корпуса.

Через сутки прилетели испытатели ОКБ–586 для осмотра и анализа остатков первой ракеты. Самолет ИЛ–14 приняли на местном такыре длиной около 5 км, летчики довольны – “не хуже, чем во Внуково”.

Испытания комплекса Р–12 проводились в три этапа с 22 июня 1957 по декабрь 1958 года. Всего было подготовлено и пущено 25 ракет. На первом этапе были выявлены некоторые недостатки, в частности, в работе системы отделения ГЧ от корпуса ракеты, ухудшающие точность попадания в цель. Испытателем 1–го управления капитаном Ю.А.Борисевичем (в последующем первым на ГЦП ставшим доктором технических наук) было разработано предложение, устраняющее этот недостаток. Оно было рассмотрено М.К.Янгелем и принято к внедрению.

В целом испытания РК с ракетой Р–12 прошли успешно и он 4 марта 1959 года был принят на вооружение.

Однако, еще до принятия на вооружение ракеты Р–12, в сентябре 1958 года во время первого показа на ГЦП ракетной техники руководителям ЦК КПСС, Правительства и Военного ведомства состоялся ее демонстрационный пуск. В ходе этого показа Н.С.Хрущев заявил: “Сегодня мы увидели, что такое ракеты. Они могут быть грозным оружием и надежным щитом Родины”. Это был серьезный вывод и для конструкторов ракетной техники и для Вооруженных сил.

ОКБ-586 и завод №586 были награждены орденом Ленина. М.К.Янгелю, В.С.Буднику и Л.В.Смирнову (директору завода) были присвоены звания Героев Социалистического Труда.

РК с ракетой Р-12 стал основной боевой единицей для созданных 17.12.1959 г. РВСН.

На ГЦП проходили обучение боевые расчеты ракетных частей с проведением пусков ракет по планам учебно-боевой подготовки и допуску к боевому дежурству.

Летные испытания РК с ракетой Р-12 показали недостаточную защищенность его от оружия вероятного противника. Специалисты видели выход в укрытии ракет в специальных шахтах.

В первой половине 1959 г. ГСКБ В.П.Бармина и проектный институт ЦПИ-31 МО выполнили проект экспериментальной шахтной ПУ. На ГЦП были построены две ШПУ (объект “Маяк”).

Первый пуск ракеты Р-12 из шахты состоялся 31.08.1959 г., который подтвердил возможность пусков ракет из шахтных ПУ.

В июле 1960 г. вышло Постановление ЦК КПСС и СМ СССР о разработке и строительстве групповых боевых ШПУ для РК с ракетой Р–12. ОКБ-586 провело доработку ракеты Р-12 с задачей ее размещения, обслуживания и пуска из боевой ШПУ. Ракета получила наименование Р-12У.

На ГЦП в сжатые сроки было осуществлено строительство группового старта, состоящего из 4-х ШПУ, размещенных по углам прямоугольника 80х70 м, защищенного командного пункта, наземного хранилища КРТ, а также вспомогательных сооружений.

Шахтный ракетный комплекс получил условное наименование “Двина”. Для его обслуживания на ГЦП формируется отдельная испытательная часть (ОИС), командир – полковник И.М.Шаповалов. Первый пуск из этого РК состоялся 30.12.1962 г.

На вооружение шахтный РК с ракетой Р-12У был принят 09.01.1964 г.

Ракетные комплексы с ракетой Р-12 и Р-12У оказались “долгожителями”: на боевом дежурстве они находились с мая 1960 г. (ракетные полки полковников: И.Т.Сальницкого, В.А.Сазонова, В.Н.Колисниченко, подполковников К.Р.Медведева и А.С.Дадаяна) по 1989 г. Количество ракет в составе этих РК достигло максимальной величины 572 ракеты. За период с 1957 по 1989 год на 4 ГЦП при проведении ЛКИ, серийных испытаниях и пусках ракет по планам УБП, был осуществлен запуск около 1100 ракет Р-12 и Р-12У. Для производства такого количества ракет кроме завода №586 были задействованы еще три серийных ракетных завода, развернутых на Урале и в Сибири по инициативе Маршала Советского Союза Г.К.Жукова.

На РК с ракетой Р-12 неоднократно проводились пуски ракет с термоядерным зарядом:

- в сентябре 1961 г. были проведены впервые пуски двух ракет из района Воркуты по боевому полю на Новой Земле (операция “Роза”);

- в октябре 1961 г. и октябре 1962 г. с ГЦП были проведены пуски с высотным подрывом заряда на траектории полета ГЧ. В эпицентры этих высотных термоядерных взрывов запускались ракеты Р-5В с научной аппаратурой (операция “К-1” и “К-2”).

Во второй половине 1962 г. была проведена уникальная войсковая операция по доставке и размещению на Кубе 36 ракет Р-12 (операция “Анадырь”), чем была сорвана реальная угроза американской агрессии на Кубу.

В период 1958-1970 годов с ГЦП проводились пуски ракет Р-12 и Р-12У с целью отработки системы противоракетной обороны.

Оснащение РВСН РК с ракетами Р-12 и Р-12У явилось новым этапом в развитии ракетно-ядерного потенциала Вооруженных Сил СССР.

Открытие памятника М.К.Янгелю в апреле 1975 г. на пл. 42 космодрома “Байконур”.
В первом ряду слева направо: генерал-лейтенант Фадеев (нач. космодрома), Стражева (жена Янгеля), генерал-полковник Григорьев (зам. ГК РВСН), генерал-майор Воинов (зам. нач. космодрома), полковник Грачев (КБЮ), Галась (КБЮ), полковник Алексин (нач. 2-го упр. космодрома), полковник Чепа (ГУРВО), генерал-майор Майский (НИИ-4).

Полковник в отставке В.И.Чепа – ветеран ГЦП


Пожалуйста, оцените эту статью. Ваше мнение очень важно для нас (1 - очень плохо, 5 - отлично)
                   
Copyright © Ян Середа, 2000-2012.
Site powered by IndigoCMS 2.5
Страница сгенерирована за 0.014 сек.